Вестник Апокалипсиса

Ниже привожу выдержки из любопытной статьи Независимого военного обозрения “КНР - будущая военная сверхдержава”.

О многих угрозах национальной безопасности России говорят в последнее время высокопоставленные государственные мужи РФ и растолковывающие глубинную суть их выступлений отечественные эксперты. Но о дальневосточном соседе нашей страны – Китайской Народной Республике – в этих речах и комментариях вы не найдете ни слова.
Между тем Пекин неуклонно и постоянно увеличивает военные расходы, на темпы роста которых не повлиял даже мировой финансово-экономический кризис, не обошедший стороной и Поднебесную. Так, восемь лет назад эти расходы были эквивалентны 17,4 млрд. долл., а в 2009 году достигнут 70,2 млрд. долл. Причем все без исключения зарубежные исследователи сходятся на том, что официальная цифра ассигнований занижена, по сравнению с реальной, в 1,5–3 раза, поскольку в нее не включены затраты на импорт вооружений и доходы от экспорта, расходы на ядерное оружие и СЯС, на Народную вооруженную полицию, субсидии в ВПК и на НИОКР.
Народно-освободительная армия Китая (НОАК, официальное название вооруженных сил КНР) комплектуется по призыву. Призывной возраст – 18 лет. Продолжительность срочной службы – два года. Из-за значительного переизбытка призывных ресурсов призыв носит выборочный характер. Командование имеет возможность брать в армию лучших, что позволяет совместить положительные качества призывной и контрактной армий. Существует контрактная служба продолжительностью от 3 до 30 лет.
Лица мужского пола 18–35 лет, не призванные на военную службу, состоят на службе в запасе в системе народного ополчения, численность которого составляет сейчас 36,5 млн. человек. Оно рассматривается как организованный боеготовый резерв НОАК и основа партизанского движения.

Стратегические ядерные силы
СЯС развиваются в соответствии с концепцией «ограниченного ядерного контрудара в целях самозащиты». Официально заявлено, что Китай не будет применять ядерное оружие первым, но, по некоторым данным, подобный вариант подразумевается в случае тяжелого поражения обычных сил НОАК. Кроме того, не исключена возможность нанесения раннего и быстрого удара, чтобы нанести противнику максимальный ущерб.
В Китае созданы МБР как шахтного («Дунфэн-5»), так и мобильного базирования. К последним относятся «Дунфэн-31. В ближайшей перспективе китайские МБР могут быть оснащены разделяющимися головными частями (сегодня все они являются моноблочными). В разработке находится МБР «Дунфэн-41», которую, как и «Дунфэн-31», предполагается оснащать тремя БЧ (по другим данным – шестью БЧ) мощностью 50–100 кт.
Часть ракет размещается в тоннелях и пещерах, что делает их практически неуязвимыми от превентивного либо ответного удара с применением как ядерного, так и обычного высокоточного оружия.
Из-за наличия между РФ и Китаем сухопутной границы большая часть китайских баллистических ракет по отношению к России являются стратегическими. В частности, в зоне досягаемости БРСД «Дунфэн-4» (их количество оценивается в 20–30 единиц, каждая несет БЧ мощностью 2–5 Мт) Москва оказывается даже в том случае, если запуск ракеты производится из восточных районов КНР. Поэтому данная ракета носит неофициальное название «московская».
Ракета средней дальности «Дунфэн-3» (их количество оценивается в 50–90 единиц) из района Урумчи достигает Нижнего Новгорода (дальность стрельбы этой ракеты – около 3 тыс. км, мощность БЧ – от 700 кт до 3 Мт). То же относится и к новейшей ракете «Дунфэн-21» (не менее 50 единиц, мощность БЧ – 200–300 кт).
Приморский и Хабаровский края, Амурская область, Забайкалье, Алтайский край и Республика Алтай находятся в зоне досягаемости тактических и оперативно-тактических ракет НОАК («Дунфэн-11», «Дунфэн-15», М-7), численность которых достигает, видимо, несколько тысяч. Впрочем, в западных районах КНР эти ракеты пока не развернуты, большинство их (от 400 до 700) сейчас направлено на Тайвань.
Морской вариант МБР «Дунфэн-31» JL-2 будет развернут на ПЛАРБ проекта 094. В 2006 году была введена в строй первая ПЛАРБ этого типа, всего планируется построить четыре таких субмарины (по 16 БРПЛ JL-2 на каждой). Общее количество межконтинентальных баллистических ракет наземного и морского базирования к 2010 году, даже по официальным китайским данным, должно составить не менее 200 единиц.

Сухопутные войска
Сухопутные войска были, есть и будут основой боевой мощи НОАК, поскольку гигантское население страны, да еще и избыток мужчин в младших возрастных группах дает командованию вооруженных сил КНР уникальный ресурс, о котором военно-политическое руководство других стран не может и мечтать. Даже имея определенное техническое отставание от ряда армий мира, Китай способен «задавить массой» любого противника, с которым встретится в традиционной наземной войне. А кого в Китае считают противником, можно судить по дислокации его армейских группировок.
Из семи военных округов Китая наиболее мощными являются два ВО – со штабами в Пекине и Шэньяне, – прилегающие к границе с Россией (первый ориентирован на наш Сибирский военный округ, второй – на Дальневосточный). На эти округа приходится четыре из девяти танковых и шесть из девяти механизированных дивизий, шесть из 12 танковых бригад сухопутных войск НОАК.
Еще две танковые дивизии и одна танковая бригада входят в состав Ланьчжоуского военного округа (занимает западную часть страны, ориентирован на Центральную Азию, Монголию и Сибирь к западу от Байкала), а одна танковая, одна механизированная дивизии, две танковые и единственная в НОАК механизированная бригады – в состав Цзиннаньского ВО. Последний находится в центре страны и является стратегическим резервом для Пекинского, Шэньянского, Ланьчжоуского и Нанкинского округов.
Остальные подвижные соединения сухопутных войск НОАК (танковые и механизированные дивизии) входят в состав Нанкинского военного округа, ориентированного на захват Тайваня. В частности, здесь дислоцированы обе амфибийные механизированные дивизии, единственная амфибийная танковая бригада и единственная десантная бригада спецназа, насчитывающие в общей сложности 25 тыс. человек. С учетом морской пехоты ВМС (две бригады, 10 тыс. человек) Китай обладает вторым в мире по численности после Соединенных Штатов контингентом, предназначенным для проведения морских десантных операций.

Военно-воздушные силы
Истребительная авиация Китая с начала 1990-х годов перевооружается на новейшие машины. В первую очередь речь идет о самолетах Су-27 (китайское название J-11) и Су-30 (J-12). Сейчас их в ВВС КНР имеется 176 и 73 соответственно (плюс 48 Су-30 в морской авиации).
Еще одним современным китайским истребителем считается J-10, созданный на базе израильского самолета «Лави», но с широким использованием российских технологий (РЛС «Жук», двигатель АЛ-31Ф, вооружение). Сейчас насчитывается до 70 таких истребителей, всего предполагается произвести до 300 машин.
Средний налет китайских пилотов на современных истребителях составляет 200 часов в год. Это почти столько же, сколько в ВВС США и в 4–5 раз больше, чем в ВВС России. В НОАК (как и у американцев) есть эскадрилья «Агрессор», укомплектованная наиболее подготовленными летчиками и оснащенная самолетами Су-27. Они имитируют действия ВВС России и Тайваня, то есть основных вероятных противников Китая. Пилоты строевых частей ВВС КНР участвуют в учебных воздушных боях с «агрессорами», повышая свое мастерство и изучая тактику будущих врагов.
Для замены старых бомбардировщиков Н-6 (Ту-16) и Н-5 (Ил-28) созданы новые самолеты JH-7, по конструкции напоминающие российский Су-24 и англо-французский «Ягуар». Пока таких машин в ВВС НОАК 15–20 штук и столько же в морской авиации.
Благодаря поставкам из России в последние годы резко возросли возможности наземной ПВО Китая. Сегодня КНР имеет один полк (два дивизиона) ЗРС С-300ПМУ, два полка (по четыре дивизиона) С-300ПМУ-1, а также 16 дивизионов С-300ПМУ-2.

Военно-морские силы
ВМС Китая в последние два десятилетия развиваются форсированными темпами. Руководство страны ставит перед флотом очень важные задачи: обеспечить, во-первых, захват Тайваня, во-вторых – бесперебойную доставку сырья (в первую очередь нефти) из Африки и Персидского залива, а также добычу нефти на шельфах морей, прилегающих к Китаю, в-третьих – защиту своего побережья.
Понятно, что даже ВМС США не будут высаживать десант на побережье Поднебесной, поскольку он заведомо обречен на полное уничтожение в боях против бесконечно больших сухопутных войск НОАК. Гораздо более серьезные опасения Пекина вызывает способность американцев нанести удары с помощью высокоточного оружия по объектам «новой экономики» КНР, построенным за годы реформ. Более 80% современных предприятий, олицетворяющих китайское экономическое чудо, находятся в прибрежной зоне и очень уязвимы от атак с морских направлений. Соответственно ВМС КНР должны вынести линию обороны как можно дальше в океан.
Наиболее современными боевыми единицами ВМС НОАК можно считать 12 подлодок проекта 636 и 877 российской и 17 субмарин проекта 039 собственной постройки (последние по конструкции близки к французской ПЛ «Агоста»), 12 эсминцев (четыре проекта 956 «Современный» и по два проекта 052С, 052В, 052, 051С), четыре фрегата проекта 054(А). Приобретенные в России четыре ЭМ проекта 956 предназначены для борьбы с надводными целями, два ЭМ собственной постройки проекта 052С будут решать задачу ПВО корабельных соединений. Для этого они оснащены российской ЗРС «Риф» (морской вариант С-300).
Активно ведется проектирование авианосцев (с использованием технологий с закупленного в Украине авианосца «Варяг», не достроенного для ВМФ СССР; выведенных из состава ВМФ РФ авианесущих крейсеров «Киев» и «Минск», а также приобретенного у Австралии авианосца «Мельбурн»). Только что введен в строй первый в ВМС Китая десантно-вертолетный корабль-док проекта 071. Сегодня это крупнейшая боевая единица китайского флота водоизмещением 20 тыс. тонн. На ДВКД размещаются до 800 морских пехотинцев и 50 единиц бронетехники, которые могут перебрасываться с корабля на берег с помощью четырех десантных катеров на воздушной подушке и четырех вертолетов.

Военная доктрина
В Китае, исходя из резко уменьшившейся вероятности мировой войны, создана концепция «локальных войн», причем Китай не исключает собственную инициативу в возникновении локальных вооруженных конфликтов. В локальной войне участвует меньшее количество войск, что позволяет застать противника врасплох.
В то же время не отменена и концепция «народной войны», созданная Мао Цзэдуном. Она подразумевает, что каждый китаец рассматривается как военнослужащий, а страна – как единый военный лагерь.
В самой НОАК политико-воспитательная работа с личным составом построена на смеси великоханьского шовинизма и маоизма, подразумевающей наличие значительных территориальных претензий ко всем соседним странам. Акты агрессии, совершенные КНР против соседей, объявлены «самообороной», направленной на исправление «ошибок истории» (например, нападение на Вьетнам в 1979 году китайцы называют «оборонительным контрударом»).
Особого внимания заслуживает концепция «стратегических границ и жизненного пространства», которая, видимо, не имеет аналогов среди концепций военного строительства в других странах. Никто больше так откровенно не заявляет о праве на военную агрессию в связи с нехваткой ресурсов и территории.
В Китае считают, что границы жизненного пространства сильных держав выходят далеко за пределы их границ, а сфера влияния слабых стран меньше, чем их национальная территория.
В целом можно отметить, что китайская армия очень быстро становится одним из важнейших факторов мировой политики. Весьма показательно то, что четырехкратный рост военных расходов за восемь лет и огромный прирост ее боевой мощи в «физическом выражении» (в закупках вооружения и техники) происходят в условиях искусственного самоограничения, которое руководство Китая накладывает на развитие НОАК. В Пекине извлекли уроки из печального опыта СССР, надорвавшего себя гонкой вооружений, и пришли к выводу, что надо сначала добиться высокого уровня экономического развития, а на этой базе – строить вооруженные силы. Видимо, этот подход следует признать весьма эффективным.
Народно-освободительная армия Китая в Википедии

Оцените этот пост:

(голосов: 7)

 Loading ...

Понравилась статья?